Добро пожаловать на форум, полезные ссылки для координации:

Дикие лошади - Lоve Stories

Объявление

АДМИНИСТРАЦИЯ:





МОДЕРАТОРЫ:



АКТИВНЫЕ:





ЛУЧШИЙ ПОСТ МЕСЯЦА:



ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ



Время застыло. Возможность сыграть за дикую лошадь сама пришла к Вам в руки. Не упустите ее и скорей присоединяйтесь.
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP


ПАРТНЁРЫ

Королевство СветаFade to Black. Urban. Social. MysticGame of Thrones. Win or DiefusioncrossoverДевартDragon Age: Dragon Age: A Wonderful WorldАйлейВпереди вечность
ОЖИДАЮТСЯ С НЕТЕРПЕНИЕМ





В ИГРЕ



Температура не опускается ниже нуля градусов. Днем от +10 до +17, ночью от +3. В Долину Любви приходят дожди. Снег остался только в горах. Просьба плавно переходить в своих постах на данную погоду.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Лес

Сообщений 41 страница 49 из 49

1

http://sd.uploads.ru/LqRiu.jpg
Большая часть территорий табуна покрыта деревьями.

0

41

На протяжении всей речи Майкла, адресованной Тирбиш, Оцелот задержал дыхание. Неосознанно он напрягся сильнее, хотя внешне не позволял себе этого показывать. Но толкни его сейчас кто-нибудь, и конь упадет на бок как фарфоровая статуэтка, сохранив положение всех частей тела таким же, каким оно является сейчас. Легкие мурашки пробежали по спине, стоило прохладному ветру коснуться ее и запутаться в гриве.
Воспользовавшись тем, что чалая кобыла отвлеклась на вожака, гнедой перевел взгляд на ее жеребенка. Длинноногий вороной жеребчик, ничего особо примечательного в нем не было. За исключение глаз. Черные как бездна зрачки обрамляла такая же темная радужка. Из-за этого разглядеть что-либо в жеребячьих глазах было невозможно, и у коня создавалось стойкое впечатление, что отпрыск Тирбиш способен прочитать его мысли. Брр. Лота слегка передернуло и он отвернулся от жеребенка, мгновенно включаясь в разговор игреневого и чалой. И вовремя.
- Оцелот, путь твой был долгим. От тебя пахнет бедой и болью... тебе повезло, ты вернулся, но скажи, где ты был, чтоб я знала, куда мне ходить не стоит? - вопрос Тирбиш прозвучал практически сразу же, стоило гнедому обернуться в их сторону. "Фух. Значит ничего важного я не пропустил. А то неловко как-то было бы." - подумал Оцелот прежде чем ответить.
- Не волнуйся, Тирбиш. Тебе нечего бояться. Туда, откуда я пришел, не покинув Долину Любви, не попадешь. Это людские земли, и диким лошадям туда вход заказан. Но наши земли достаточно просторны и плодородны, чтобы мы не нуждались в поиске еды на стороне. Так что быть спокойна. Тебе и Байкалу ничего не грозит.
Жеребец хотел было добавить еще что-то, но хруст веток и тяжелые шаги сбил ход его мыслей. Гнедой обернулся и увидел приближающийся к ним вороной силуэт. Высоко поднятые голова и хвост откровенно намекали окружающим ЧТО их обладатель думает обо всех остальных. Брезгливость во взгляде, которым он окинул Тирбиш, была видна невооруженным глазом. Едва только новоприбывший раскрыл рот, как Лот понял, что с таким как этот вороной он вряд ли найдет общий язык.
- Посмотрите-ка, собрались. Как обычно, шум есть, а драки нет? Интересно, что же расскажите? Или так, у девочек секретики? - тон, на первый взгляд не выражавший никакой заинтересованности, не убедил Оцелота в обратном. Но на шпильку жеребца он отреагировал молчанием, хотя колкость уже готова была сорваться с языка. Но вот следующие слова вороного о Тирбиш стали той самой каплей, переполнивший чашу терпения коня.
Но не успел жеребец открыть рта, как чалая сама заткнула зарвавшегося члена табуна за пояс. Причем довольно ловко. А после обернулась к ним с отцом.
- Мне пора уходить... прикроете? а то тут точно быть беде... Оцелот, я бесконечно рада, что удалось с тобой поговорить... Спасибо, и... извини, что отгоняла, я вижу что ошибалась. - ее слова словно сняли камень с шеи Лота, разрушив то напряжение, что витало между ним и кобылой.
- Конечно, Тирбиш. Можешь на нас рассчитывать. - ответил ей конь, слегка наклонив голову, чтобы быть с ней на одном уровне. А после ухода чалой он опять выпрямился и перевел взгляд на вороного. - А это еще что за местная затычка в каждом подходящем (или не очень) месте? Ты, брат, не туда попал. Мы здесь сплетни в бочки не закатываем. И дикобразам здесь тоже не рады. Так что ты это, давай, иди упражняйся в иглометании где-нибудь в другом месте. А то можно в ответ и что-то похлеще безобидных шпилек, коими ты нас осыпаешь, получить.
Оцелот глубоко вдохнул, призывая все свое самообладание. Он и так позволил себе лишнее, когда, увлекшись, встал в привычную позу упоминаемого им дикобраза, которую он обычно занимал при общении с домашними лошадьми.
- Может, разыщем Джанго? - обратился гнедой к отцу. - Мне не терпится наконец встретиться со старшим братишкой.

Отредактировано Оцелот (15-05-2019 21:44:12)

+1

42

Напряжение между Тирбиш и Оцелотом спало, стоило им подойти поближе друг другу и обменяться парой приветственных фраз. Майкл был доволен текущим раскладом событий, взаимным уважением лошадей. По его мнению и видению именно таким должен быть табун: все составляющие его лошади чувствуют себя семьей, ничего не делят, не завидуют друг другу и поддерживают по поводу и без. Конечно, такая гармония в отношениях между всеми походила на утопию, но если не стремиться к совершенству, можно никогда к нему и не приблизиться. А в табуне Леса хватало сильных и уравновешенных персон, которые как Атланты, могут держать все на своих плечах и контролировать обстановку.
От дружелюбного диалога между сыном и уважаемой Майклом молодой кобылы, на душе стало тепло и спокойно. В такие моменты всегда кажется, что все делается правильно и нужно только поддерживать текущий порядок вещей и стараться бережно сохранить его, как нежный цветок. Жеребец стоял с расслабленным видом и только довольно кивал головой, переводя заинтересованный взгляд с сына на кобылу и обратно. Байкал присмирел, обосновался в ногах у матери, может быть устал и ему требовался отдых.
Как это часто бывает, лошадиная идиллия продолжалась недолго. Иначе, видимо, было просто неинтересно жить. Шуршание зарослей за спиной возвещало о прибытии еще кого-то. Уверенная поступь означала только одно - это свой, а чтобы понять, кто именно, пришлось обернуться. Майкл неторопливо повернулся боком к звуку, докрутив голову в нужном направлении шеей. Взгляд быстро уловил приближение крупного вороного тела. Расслабленную обстановку как рукой сняло, от приближающегося Ределя во все стороны света расходилась тьма. Но только не всепоглощающая и пугающая, а какая-то искаженная, как будто в ней все цвета были негативами реальных, а атмосферности параллельной вселенной задавало постоянное высокочастотное пищание. Непроизвольно захотелось закрыть чем-нибудь уши и отойти подальше, чтобы избавиться от неприятных ощущений. Однако вожак сдержался, только на мгновение прижал уши, потом тряхнул головой и снова выпрямился.
Ни грамма не смущаясь, вожак проследовал за всеми движениями Ределя спокойным, но цепким взглядом. Это выражало что-то типа "я держу тебя на мушке". Жеребец пришел раскалять обстановку тем единственным способом, которым только умел. Майклу было жаль этого уже возрастного парня, который в свои преклонные годы продолжает злиться на мир и жизнь, пытаясь убедить окружающих в бренности бытия. Игреневый же, пройдя чуть более длинный путь существования, чем Редель, держался другой истины - "если проиграл бой демонам, прежде чем умереть, помоги другим". Однако доказывать альтернативную правду 13-летнему жеребцу, который дожил до уважаемых лет своим способом, было бесполезно, поэтому Майкл никогда не занимался нравоучениями по отношению к вороному.
До того, как вожак что-то ответил на пассаж неуважения Ределя по отношению к своим сотабунникам, лошади Леса уже как следует отчихвостили незадачливого жеребца. Майклу ничего не оставалось, как очевидцем наблюдать за дальнейшей реакцией между лошадьми. И только если понадобится, включиться в дело.
- Отдыхай, Тирбиш, если что, зови. - единственная фраза, которой игреневый сотряс воздух, давая возможность чалой и её малышу двинуться в желаемом направлении. Далее он снова вернулся вниманием к Ределю, безапелляционно рассматривая его горделивую фигуру. Что ему было нужно? Чего не хватало? Почему нельзя было общаться с другими лошадьми в обычном и привычном для всех тоне? Наверное, это было просто не интересно. Несмотря на отсутсвие внешних и внутренних проявлений агрессии по отношению к Ределю, Майкл всегда держал эту персону под своим ментальным контролем. Психологический настрой вороного не оставлял вожаку выбора, задачей которого было блюсти порядок в рядах своего табуна. Оцелот однако отреагировал бурно, нужно было немного вмешаться. Сохраняя беспристрастный вид, Майкл включился в диалог.
- Может быть ты хотел бы что-то рассказать, Редель? Давно ли патрулировал границы, может находил что-то интересное? Тут стая волков недавно на огонек заходила. Лошади Заката приходили нашу траву на вкус пробовать. Ты в последнее время совсем не участвовал в движе. Поэтому и думаю, может где нашел более интересную гавань. Хотел бы порадоваться за тебя.
В сказанном не было ни единой капли лжи. Майклу действительно хотелось, чтобы каждый Дух Леса чувствовал себя счастливым. Но представление о счастье было у всех разным. И было желание знать, у кого в чем оно измеряется.

0

43

Рыжая, ничего не говоря, коснулась своим теплым носом носа Джанго, и тот немного расслабился, прикрыв глаза, вдыхая приятный, пробирающий до дрожи, запах кобылы. Суета внизу и телодвижения заставили отвлечься от нежностей. Прищурившись, Джи пытался рассмотреть что происходит. Черное пятно, маячащее перед глазами во всех смыслах появилось и тут. «Решил испортить всем праздник? Ну, конечно», - вздохнул Джанго, определив силуэт Ределя. Это несомненно был он, ведь эта походка петуха и кукареканье были слышны даже тут, сверху. – Пора нам подпортить настроение ему, как и он портит его сейчас всем там внизу, - пошутил Джи и встряхнул головой. Челка лезла на глаза. В миг Джан испугался, осознавая, что Ред обязательно раскроет их и подло этим воспользуется. Этот говнюк был слишком находчивым. Он обладает кроме инстинкта самосохранения – инстинктом докопаться.
– Сейчас лучше тебе не спускаться со мной. Подойди позже, ладно? – серый коснулся зубами холки кобылы и шумно поспешил спускаться вниз. Тяжело дыша, присаживаясь на задние ноги, жеребец запачкал свои только помытые  скакательные суставы.
Нисколько не обращая на это внимание, Джанго свалился как снег на голову, перед стоявшими Майклом, Оцелотом и Ределем. Он отряхнулся от грязи и песка и поднял голову. Жеребец выглядел свежим и отдохнувшим.
- Тирбиш уже ушла? – удивился серый. Видимо пока он спускался, кто-то или что-то спугнул её.
Глаза разбегались, хотелось и Майклу кивнуть, и Оцелота в шутку прикусить за его жилки на шее, да и Реда жопой вытолкнуть куда подальше. – Я честно не знаю что сказать, - как-то отчужденно произнес Джи. Он не могу поверить своим глазам, как и, наверное, Майкл первое время. Не описать что он чувствовал в тот миг, когда увидел перед собой своего наследника. – Майкл, твой сын…твой сын здесь! – сдерживая восторг произнес Джан. Он кивнул всем троим, с одинаковым взглядом не обделяя и не выражая каких-то особых эмоций к Реду. Кажется, того очень раздражали кивания Джанго раньше, хе-хе-хе.  – Оцелот, ты… ты возмужал. Как же ты вырос, - скупая мужская слеза полилась бы по его щеке. Чувствовалось напряжение между сыном Майкла и Редом, видимо они уже успели обменяться фразочками, пока Джи скатывался сюда к ним. – Редель, ты не станешь звездой этой беседы. Поддержишь наш разговор или пойдешь по своим делам? – без наездов и совершенно спокойно спросил Джи. Неважно что выберет Ред - это его дело. Он не обижался, не злился на вороного, это просто было неприемлемо. Всё в прошлом. Всё прошло. И всё отпущено. Тот не сделает больше дозволенного, ведь прекрасно понимает что против трех жеребцов у него нет шансов. Наверное, это единственное что его останавливало когда-либо.
- Майкл уже скорее всего задал тебе эти вопросы, но я бы хотел тоже всё услышать. Как? Где? Почему? Оцелот… - фарфоровая морда Джанго дрогнула, и он наконец улыбнулся.

Отредактировано Jango (20-05-2019 02:19:19)

0

44

Редель знал одну очень интересную особенность своей натуры: когда он появлялся, то либо сам нёс с собой негатив, либо вскрывал его у других. Второй факт очень бодрил его, ведь ему нередко нравилось, как самые сдержанные жеребцы табуна превращаются в жалких малышей, гневные слова которых не больше пищания. Это негласное хобби: он приходил к движухе не сколько со скуки и скрытого интереса, сколько ради издевок (ведь скучно жить без пакостей) и просмотра таких выдающихся, воспламеняющихся актёров, которым очень нравились свои роли.
Кобылы-мамки вызывали нередко в нём открытое отвращение. Он проследил за неряшливым пятном, которое сказало пару слов в его сторону, льстиво так. На большее они и не способны: мамаша медленно, но верно уплыла за спины Майкла и Оцелота. Впрочем, она не сдалась ему, не за этим он сюда пришёл. Лишь насмешливый, пристальный взгляд обжёг её шкуру, в частности жеребенка, для которого Ред припас отдельный жест: топнул копытом. Чтоб быстрее конечностями перебирал, сопля-доходяга.
Но вот слова Оцелота его повеселили.
Ред непрерывно начал похрапывать, глухо смеясь. Видимо, тот ни чему не научился со своих путешествий, коими разбрасывался направо да налево, что каждый бездарь и олух в табуне знал, где побывала эта непоседливая и бестолковая задница, которая притащилась вскоре обратно. Всем, видимо, хотел сделать одолжение, особенно Майклу. А тот и рад принять блудного сына и принять с торжеством его в табун.
"Что с этой парочкой не так?", хмыкнул вороной, прекратив свой надменный смех и растянув в ироническом отвращении губу на морде. Самоуверенный взгляд ни чуть не блестел обидой. Ему действительно было смешно от всего потоках хрен пойми каких слов. Он даже не вникал. Ведь они настолько жалко звучали, будто перед ним распинывалась молодая кобыла.
В сравнении вороной забияка поставил Джанго, который долго не трещал, а мог сказать по факту (и то не сразу). С ним интереснее вести грызню. А этот молодой шпингалет в пролёте.
- Твой словарный запас никому не нужен, Вокруг Света за 180 дней, не трать его зря, - нейтрально-звонким от смеха и забавы голосом прогудел Редель, обращаясь к Оцелоту.
Теперь вступился и Майкл.
Всё-таки, иногда не так-то и просто играть свою роль. Ред -- неплохой провокатор, если бы не вышестоящая персона. Вот, кто по-настоящему в каждой дырке затычка. "Оцелот, ты немного промахнулся рожей, к которой обращался", с иронией подумал он, наклонив голову на бок.
- Всё, как в спокойной гавани. Только что с патруля иду, начальник, решил заскочить на огонек, - просто отвечает он вожаку. - Лошади Заката?
На его морде должна была проскочить маниакальная улыбка. В голову мгновенно ударил образ твари кривой рожей, которая главенствует этим табуном. Вороная кобыла. Он задумался, как бы она размазала по земле того же зазнавшегося Оцелота, который сейчас за счёт спины Майкла чувствует себя комфортно.
Травой не корми, а дай Реду разрушить чужие жизни из принципа забавы. Он с радостью согласится и еще будет лицезреть мучения, невыносимый процесс, ни разу глазом не моргнув.
- Весьма заманчиво, - после недолгих раздумий добавляет он. - Но, Майкл, буду тебе очень признателен, если укрепишь дисциплину в табуне, а то так до драк недалеко. А тебе ведь они не нужны, верно?
Своим коротким ответом в сторону Оцелота он старался выставить его провокатором. Впрочем, сейчас время для немного убогой роли.
Знакомая поступь. А вот и пастырь в белом.
Редель довольно гоготнул.
- Видимо, желаешь ты, но тебе тоже не светит, так что спустись же до обыкновенных смертных, т.е. до нас, - отмочил он дерзкую шуточку в его сторону.
Весьма благосклонно сейчас было, даже без перехода на личности.
Уходить пока что Редель не собирался.
"А где твоя подружка, старый "друг"?", коварно подумал жеребец. Прячется где-то, девочка. От стыда ль или от застенчивости? Это он и хотел узнать.
- Впрочем, оставлю семейку Адамс со своими секретиками, а то я вас смущаю. Да, начальник, я даже вспомнил, что мне надо сделать, - бросил он всем, затем развернулся и, слегка боднув Джанго в бок, принялся удаляться.
Если б только белый моралист знал, что значит этот жест.
Жеребец начал удаляться от собрания, толком и не приняв в нём участия.
---> Солнечная роща

Отредактировано Redel (28-05-2019 11:26:36)

0

45

Оцелот медленно выпустил воздух через ноздри, успокаиваясь. Горячая кровь, бившая в голову, наконец утихомирила свой поток и охладила воспаленное сознание, передав бразды правления разуму. Последний, не тратя время даром, стал анализировать ситуацию. И гнедой сделал для себя несколько выводов.
Первое, вороной конь обладал потрясающей способностью выводить всех вокруг из себя. И, к несчастью, Лот повелся на его провокацию. И об этом, кстати, ничуть не жалел.
Второе, опять же о новоприбывшем Ределе, кажется. Этот жеребец хоть и вел себя, как зазнавшийся подросток, цепляющийся за любую возможность поострить старшим, был старше гнедого. Об этом свидетельствовала реакция, последовавшая за гневной тирадой. Спокойствие вороного вкупе с насмешливым взглядом словно говорило  "Я не слушаю тебя и не собираюсь, сопляк. Не моего ты поля ягодка". Это еще больше выводило из себя, но Оцелот сдержал порыв, созданный юношеским максимализмом. Такими темпами и до драки недалеко, а она тут явно ни к чему. Обстановка, итак, накалена до предела, усиливать напряжение еще больше не хотелось.
Поэтому Лот позволил себе лишь пренебрежительно фыркнуть, показывая тем самым незаинтересованность в дальнейшем продолжении разговора. Неожиданный шум откуда-то сверху заставил жеребца поднять голову. К ним стремительно приближалось что-то белое, отдаленно напоминавшее утренний туман. Но стоило этому нечто приблизится, как внутри коня все перевернулось. На душе сразу стало как-то теплее. Порыв ветра, ударивший прямо в лицо, наполнил ноздри знакомым запахом, подпитывая догадки Оцелота. А блеснувший на солнце серый профиль стал последней каплей.
Гнедой не смог сдержать радостного ржания при виде Джанго. Наконец-то долгожданная встреча состоялась. От переполнявших душу эмоций хотелось летать. Но присутствие рядом вороного коня несколько омрачало атмосферу. Не сильно, просто стоило жеребцу перевести на него взгляд, как раздражение начинало зудеть под кожей, требуя немедленного выхода. Сдержав порыв копнуть ногой ни в чем неповинную землю, конь решил терпеливо дождаться ухода сей неприятной для него личности. "Редель наверняка не задержится надолго. Такие, как он, все время нуждаются в подпитке в виде негативных эмоций, вызываемых ими у других. Здесь он свое уже получил поэтому, по закону жанра, должен отправится дальше, на поиски новых "жертв". Мне остается только пожелать последним удачи и побольше нервных клеток", - подумал конь, между тем не слишком внимательно вслушиваясь в диалог Джанго и Ределя. И видимо в голове вороного все же что-то щелкнуло. Или он просто умеет читать мысли. Неважно, главное что Редель соизволил таки покинуть их скромную компанию, дабы "осчастливить" своим присутствием других членов табуна. Неважно. Главное, что он ушел и перестал мозолить глаза одним своим присутствием. Оцелот повернулся к серому и полностью сосредоточил свое внимание на нем.
- Джанго, наконец-то! Ты даже не представляешь, как я рад вновь тебя видеть, - гнедой качнул головой в знак приветствия, тем самым повторив жест серого жеребца.
- Я так сильно по тебе скучал, братишка, - конь подошел ближе, практически касаясь носом морды Джанго, но тут же стушевался и опустил взгляд. - Прости, что не предупредил о своем уходе. Все получилось так внезапно. К тому же, я боялся, что ты начнешь меня отговаривать, и тогда покинуть родную землю будет еще тяжелее. Прости меня, Джанго.
Гнедой не мог заставить себя посмотреть в глаза другу, боясь увидеть там осуждение. Он знал, что поступил очень некрасиво, обманув доверие серого и так неожиданно исчезнув. Но тогда конь не мог поступить иначе и надеялся, что Джанго его поймет. И видимо, не зря.
Слова серого о том, как возмужал Лот за время своего путешествия столкнули тот груз вины, который покоился на плечах коня все это время. Тут даже дело не в самой фразе, а в интонации, с которой она была произнесена. Столько тепла было в голосе Джанго, что сомнений в получении прощения не оставалось, а невольная улыбка растянула губы гнедого. Жеребец лишь сейчас заметил, что задержал дыхание, поэтому последующий выдох получился слегка рваным. Но он того стоил.
- Я понимаю. Мне самому не терпится рассказать тебе о своих похождениях, - ответил Оцелот на вопросы, градом посыпавшиеся на него, и принялся в мельчайших подробностях пересказывать все, что с ним приключилось за время путешествия.

+2

46

Дружелюбие здесь смешивалось с враждой и откровенным презрением, превращая эмоциональные краски в жуткую, совершенно неперевариваемую смесь. Вожаку было тяжело наблюдать за таким поворотом событий, ведь не для этого он отдавал всю свою жизнь формированию и сохранению их общей семьи. Возможно, он стал стар не только возрастом, но и понятиями, не мог уловить какую-то современную тенденцию, диктующую наводить сор в доме без повода. Лошади, выросшие вместе, проявляли друг к другу неприкрытую агрессию. Такая модель поведения была чужда игреневому старику. Напустив на себя суровый вид, развернув уши назад и округлив шею, он вступил в словесную дуэль Ределя и Оцелота.
- Неужели вы не можете обойтись без обмена колкостями? Какой в них вообще прок? Вы не видели друг друга целую вечность и начинаете встречу с перепалки. Прошу проявлять уважение друг к другу, мы же принадлежим одному табуну. Здесь наш общий дом, не разрушайте его.
Хотелось добавить про то, что кто с этим не согласен, может выметаться, но жеребец сдержался и вовремя прервал свой призыв. Разбрасываться лошадьми он не желал и хотел найти в каждом Духе Леса свою изюминку, пользу и смысл. Возможно, старик ошибался и молодежь с ним не согласится. Но чтобы кардинально поменять устои, им придется его сместить.
- Если возникла какая-то проблема, нужно обсудить ее на общем собрании или более узким кругом. Таить друг на друга обиды и копить злость - не наш метод. - это предложение было сказано с особым напором, после чего Майкл еще раз утвердительно посмотрел в глаза каждому жеребцу.
На холме послышался шум, звук лошадиных голосов и хрустящие ветки под ногами спускающегося Джанго. Выражение лица серого отдавало умиротворенностью и даже некоторой толикой счастья, однако он прибыл сюда в том числе и для того, чтобы переплюнуться ядом с Ределем. Ситуация вывела вожака из себя. Грозно фыркнув и амплитудисто взмахнув шеей, призывая к себе внимание, он произнес уже более громким голосом:
- Все и каждый, кто является частью табуна Леса, уважаем друг друга, а не унижаем. Мы не бестолковая свора собак, прошу вести себя достойно.
Отчитывать взрослых жеребцов было чем-то против шерсти для Майкла. Но если они реально не могут разобраться друг с другом, он будет каждого по-отдельности ставить на место. И если ему надо, то пойдут в связке бок о бок и никуда не денутся. Табун переживает трудные времена, а если остатки былой роскоши продолжают между собой грызню, ни о каком светлом будущем не может идти и речи. В закрепление своих слов Майкл топнул ногой.
- Воспитанию учимся мы тут все, и ты, Редель, в том же числе. - вороной решил ускользнуть, бросив очередную колкость. Если он себе еще раз позволит издеваться над членами табуна, то разговор будет иметь другой оборот. Вожак надеялся, что донес мысль, просверлив утекающую фигуру взглядом.
Когда сцена раздачи лещей окончилась, Майкл отступил от компании, отойдя чуть в сторону и принявшись щипать молодые всходы. Оцелот и Джанго отмерли, принявшись тепло приветствовать друг друга и обмениваться историями. До ушей игреневого долетало каждое слово, но он хотел немного отдохнуть от компании и привести мысли в порядок.
Лес отзывался переливчатым пением птиц и шумом ветвей на ветру. Однако странным было то, что листья до сих пор не распускались, даже почки не набухли как следует. А у других деревьев потемнела и подсохла хвоя. Запаха обычной весенней свежести и терпкости в воздухе не чувствовалось. Это настораживало и беспокоило Майкла. Весенних заморозков не было, а значит, природа должна была начать вовремя пробуждать всю свою растительность. Но из всей зелени как следует колосилась только трава. Верхний ярус леса безмолвствовал и не подавал признаков жизни.
Жеребец обеспокоенно поглядывал на многовековые стволы и более молодые деревья, пытаясь найти хоть одно распускающееся. Покуда хватало глаз, таких не находилось. Распустился и кустарник, но самые могучие представители флоры не отзывались на весенние призывы. "Что-то не так в природе..." - говорило взволнованное чутье, но понять причины наступивших изменений пока не могло. Волнение после серьезного разговора с членами табуна сменилось тревожной задумчивостью о благополучии всей территории Леса. Жеребец настолько ушел в ментальные поиски ответа на свой вопрос, что даже перестал слышать диалог Оцелота и Джанго.

+3

47

Майкл не был доволен поведением сотабунников, и Джанго удивленно вскинул бровь,  посмотрев на вожака. Неужели он хотел чтобы все тут начали брататься? Серый не увидел в своей фразе, как и во фразе Ределя, неуважения или что именно имел в виду Майкл. Промолчав, серый перевел взгляд в чащу, принюхиваясь.
Редель быстро покинул их, боднув Джанго перед уходом в бок. Серый немного замер от удивления и обернулся на вороного жеребца. «Чего это он?» - махнув хвостом, Джи решил, что ему показалось.
- Тебе незачем извиняться, братишка - улыбнулся Джан и коснулся носом сына вожака. Гнедой чувствовал себя виноватым, и Джи никак не хотел чтобы их разговор превратился сейчас в оправдания. – Это был твой выбор, твой урок и твой опыт, - одобрительно произнес Джанго, посмотрев на Майкла, который наверняка уже всё с сыном обсудил. «Я тоже так по вам скучал», - тепло посмотрев на Оцелота, жеребец принялся слушать рассказ о его похождениях.
Слова о людях нельзя было оставить без внимания. Джанго нахмурился и не мог себе представить какую боль пришлось пережить Оцелоту. В глазах серого он теперь выглядел еще мужественнее, еще сильнее и еще старше.
Когда гнедой закончил свою речь, Джан понял, что ему всё это рассказывать было нелегко. Возможно он винил себя в том, что не смог помочь Ирбису. А еще возможно, что люди оставляли шрамы как на сердце, так и на теле.
- Хорошо что ты сейчас здесь. С нами, - улыбнулся Джанго, окинув взглядом Оцелота. Он посчитал что не нужно говорить сейчас что-то о его брате. Правильней будет, если об этом сказал уже вожак.
Кстати говоря, игреневый хоть и стоял рядом с жеребцами, сам он был где-то вдалеке.
- Майкл? – окликнул его серый, аккуратно шагнув к нему. – Майкл! – снова повторил Джан, понимая, что жеребец его не слышит. Когда он наконец обратил на Джи внимания он навострил уши, вопросительно на него посмотрев. – Что там? – серый сделал еще шаг, обернувшись перед этим на Оцелота, подзывая его поближе.
По началу Джи ничего особенного не заметил, пока до него не дошло. Природа здесь, на территориях Леса отличалась от природы на нейтральных землях, которая в принципе никогда не была пышнее земель любого из трех табунов. Дух Леса и вовсе славился густой растительностью, рослыми деревьями. Даже их кора была не безвкусицей, которая просто утоляла голод, а почти что деликатесом.
Жеребец потянул носом воздух. Он стоял в замешательстве и смотрел то на Оцелота, то на Майкла. – Деревья суховаты, хотя уже прошли первые дожди, - серый произнес свои мысли вслух, ожидая каких-нибудь предложений от вожака и его сына.
Когда каждый высказал что он думает по этому поводу, серый немного пораскинул мозгами и решил, что следует обследовать всю территорию Леса.
- Я отправлюсь к реке, где встретимся? – спросил серый, посмотрев на Майкла. Помнится, пегая кобылка последний раз гуляла возле воды. Как всегда одна. Самостоятельная и вся из себя взрослая. Необходимо было её втайне проверить. Сердце забилось от волнения, предчувствие подсказывало что грядет что-то плохое.
Услышав ответ жеребцов, где они встретятся после обхода территорий, серый утвердительно кивнул, посмотрев еще раз на безжизненные стволы деревьев. – Будьте осторожны, - напоследок сказал он, прижав уши.
Джанго сорвался в резвый галоп, желая поскорее добраться до тихой реки.
Никто из них и не подозревал, что их дом сейчас, их Лес в опасности, как и они сами. Кто бы мог подумать, что скоро, может быть уже завтра, они перекочуют на недружелюбные нейтральные земли.
----> Тихая река

Отредактировано Jango (10-06-2019 22:49:34)

+2

48

Глухой звук удара копыта, Майкл мог услышать почти сразу. Тяжеловозы не стали уходить далеко и сделали только небольшой круг, вернувшись с другой стороны. Возвращаясь, Тирбиш споткнулась и заскользившее копыто с шумом врезалось с выступающий из земли корень. Тонконогий Байкал переждал кульбиты матери и спустился только после этого, не рискуя быть придавленным. Внимательные синие глаза только чуть блеснули на солнце, когда он заметил Вожака.
Казалось недолгая разлука стала для неопрятной чалой волшебным временем - мех наконец вылинял и чуть заискрился на солнце задорной рыжиной, грива уже не казалась безнадежно запутанной, да и бока после родов заметно опали, демонстрируя под густейшей шкурой вполне нормальную тяжеловозную лошадку. Выражение морды чалая же бережно сохранила и перенесла на свой новый вид.
- Владыка... Кажется у нас проблемы... - вместо "здрасьте", "извините" и "разрешите" задумчиво выдала Тирбиш, несбавляя скорость и начиная тереться о дерево.  Шеей, плечом, боком... Дерево держалось, со скрипом вынося столь пылкую нежность лошади по отношению к себе. Не удовлетворившись увиденным, чалая перешла к другому дереву и боднула уже его. Стройная осина только благодарно всхлипнула ветками и накренилось, попутно, словно в приступе паники цепляясь ветками за все, до чего дотягивались тонкие прутики.. На землю посыпалась труха. Соседнее с осиной дерево вынужденно накренилось следом, опасно балансируя своим нежданным грузом и собственным весом
- А...у-у... ели все иголки облетели...
В качестве комментария добавила Тирбиш, одним глазом проверяя, чтобы чадо не залезло под ствол. Чадо занималось ровно тем же в отношении к маме. И в синих глазах вороного создания читалось неодобрение. Молчаливое, но заинтеревованное.
- Потому что злые волки ободрали все иголки...
Закончила чалая, так и не дождавшись ответа. Едва слышно всхрапнула и двинулась прочь. Ребенку здесь стало не безопасно, да и ей по совести говоря тоже. Что такое ее могучий, но все таки лошадиный вес про ив многолетней сосны или гровхнувшейся с высоты ветки? Да и чувствовала она себя прискверно, а в таком состоянии ни защитить Байкала, ни себя она уже не могла. По пути она задела ещё пару стволов, один случайно и два специально, чтоб те не упали секундой позже уже на них. Упало из деревьев только одно. Достаточно неожиданно для этой пары, но внешне безопасно - Тирбиш только удивлённо дернула отшибленным ухом и тряхнула головой. Дальше она шла уже чуть пошатываясь, но сама.
-->Долина любви. Ничейные земли

Отредактировано Тирбиш (29-06-2019 12:57:02)

+1

49

Вокруг происходила кутерьма, лошади разбегались в разные стороны, ведомые своими мыслями и мотивами. Но для Майкла время в реальности как будто остановилось. Яркое полуденное солнце ослепляло жеребца, он жмурился и медленно поворачивал голову по сторонам света. В воздухе витало ощущение неизвестности и неизбежности. Оно было таким терпким и тягучим, что даже стало трудновато дышать. Мысли в голове застыли, словно не могли проплыть по густому киселю.
- Владыка... Кажется у нас проблемы...
Знакомый голос старался вернуть жеребца в реальность. Игреневый медленно перевел взгляд на Тирбиш. Глаза не фокусировались на массивной чалой кобыле. Смотрели куда-то сквозь неё. Майкл не знал, что ей ответить и беспомощно повернул голову чуть правее нее. Боковое зрение уловило активные движения вороного жеребенка. Его присутствие вселяло в вожака позитив и подталкивало выйти из забытья. Похлопав ресницами, игреневый медленно опустил голову к земле и протянул нос к голубоглазому чуду. Байкал весело поднялся на дыбки и ускользнул прочь, радостно брыкаясь и пища. На безжизненных губах Майкла появилась еле заметная улыбка.
Подул ветер и над головами затрещало. Сгибаемые под несильными порывами, деревья стонали, будто в муках. По душе от каждого такого звука пробегал холодок. Тирбиш, вероятно, осталась не удовлетворена молчанием и ментальным отсутствием вожака и порысила от него подальше.
- Будьте осторожны... - еле слышно проговорил Майкл им вдогонку. Глаза по прежнему ни на чем не фокусировались, и жеребец, будто слепой, аккуратно двинулся вперед, медленно и неуверенно переставляя одну ногу за другой.
Его снова обуревали мучительные воспоминания о прошлом. О потерянной семье, которая некогда была здоровой и счастливой. Взор еще сильнее затуманили накатившие слезы. Когда рядом никого не было, можно было проявить слабость и дать волю эмоциям. Лошади будто почувствовали, что на вожака натекает очередная волна горя и благосклонно предоставили его самому себе. По щекам полились горячие соленые капли, и он продолжал медленно брести по лесу, все также неуверенно переставляя ноги.
Майкл даже не следил за направлением движения. Погруженный в испепеляющие сознание мысли, он даже не заметил, как залез в терновый куст и ободрал себе грудь и бока. И эта боль не возвращала его к жизни. Пара капель свежей густой крови осталась на только что рожденной землей траве, но вскоре свернулась на ранах и больше не омрачала собой окружающий мир.
Приступ слезоточивости со временем угас, они засохли на щеках Майкла длинными примятыми бороздами. К жеребцу снова вернулось зрение, и он все также продолжал брести вперед, мало обращая внимание на происходящее вокруг. Голова его болталась где-то у земли, уши отведены назад, хвост безжизненно висел. Где-то за его спиной с громким треском сломался древесный ствол и некогда могучий стройный гигант расшибся о землю. Земля разнесла по округе дрожь от этого удара, вожак ощутил ее своими копытами, но даже ус не дрогнул на его подбородке.
Боль и тоска на душе сменились безжизненной холодностью. Жесткий, ни к чему не чувствительный взгляд пронзительно смотрел прямо перед собой. Шаг стал твердым и ритмичным. Сколько прошло времени, пока он был не в себе, не известно. Сейчас его голове нужна была хорошая перезагрузка.
Майкл дошел до поляны маков и остановился на её краю. Бутоны цветов значительно набухли, но не все еще распустились. Колышемые ветром, они словно завораживали взгляд. Игреневый заострил свое внимание на одном из цветков, медленно подошел к нему и опустил голову. Жеребец бесцельно рассматривал бутон и вдыхал витающий вокруг приятный аромат. Голова была пуста от мыслей и не обременена беспокойством. Уши улавливали шорох листьев и травы. Постояв у цветка еще какое-то время, Майкл лег на землю, на левый бок, вытянув все четыре ноги. Взгляд устремился в небо и наблюдал за бутонами уже снизу вверх. Дыхание оставалось ровным и глубоким.

---> маковое поле, Лес

0